Денис Журавлёв

Денис Журавлёв - барабаны, перкуссия

Денис ЖуравлевВ музыке я, скорее, любитель. Но это серьезное увлечение. Главное – все-таки семья. Есть работа. Но, конечно, хотелось бы полностью посвятить себя музыке… Всерьез.

«Алфавит»
Вообще занимаюсь музыкой со школы. Класса с седьмого начал играть. У нас был хороший руководитель – Казистов Валерий Николаевич, отличный наставник. Он ходил как-то по классам и устраивал прослушивания. Из шестидесяти более-менее подходящих детей он отобрал пять, чтобы коллектив создать – клавиши, гитара, бас, барабаны и певица. Я отбор прошел, попал в группу, как раз когда закупили музыкальные инструменты. Барабаны были свалены в кучу, выставлены только клавиши. А я еще в детстве аккордеон растягивал. На клавишах побрякал – Валерий Николаевич говорит: «Все, будем учиться». Смотрю – в углу куча блестящих штучек. Спрашиваю: «Что это?» Говорит: «Барабаны, хочешь – разбери, посмотри». Разгреб, собрал, что-то получилось. Побрякал. Он: «Ну-ка, стой…» Показал мне три основных рисунка – я их повторил. «Клавиши – не твое. Вот это – твое!»
В конкурсах разных участвовали, выступали. Одиннадцатый класс приглашал нас играть на свой выпускной: «Не надо нам, – говорят, – никаких магнитофонов». Отыграли, все были в восторге. Признание! И играли неплохо для 14–15-летних.
Росли – и физически, и музыкально, и вообще. Музыку стали немного другую слушать. Я – рок. В доме у нас жил парнишка, у него родственники бывали заграницей, привозили винил. Он меня подсадил на Kiss и Accept, потом стал «утяжеляться» – и я вместе с ним. Хотя особо ничего непонятно было. Хотелось понять, как играют, а не видно же… Только на слух. Потом в группу «Гипс» попал, к Максу Крылову, перед фестивалем «Белая Поляна», когда они накатывали программу. И это был – по сравнению с нашими школьными смотрами, где все ходили по струнке, все было по регламенту и списку – очень интересный и новый опыт: рок-фестиваль! Родственники мои приходили послушать – посмотрели на все это, сказали: «Ужас!» Прикольно все это было, весело.

Учиться, учиться и учиться…
Пробовал учиться в училище искусств – почти год, но не срослось. Больше внимания там уделялось всяким ксилофонам, трещоткам, бубнилкам, а барабаны были где-то параллельно. «Играть начнете, дай бог, на четвертом курсе», – говорили. Ну что это за ерунда? Поступил легко, но хлопнул дверью после сессии. Я-то хотел чему-то научиться на практике, кроме нот и сольфеджио, технику освоить хотел.
Пошел дальше – снимать на слух. Стали общаться с такими же музыкантами на Мене – там можно было купить видеошколы на кассетах, это еще упростило процесс. Можно же паузу нажать, повторить, быстро, медленно, назад… До дыр затирали.
В общем, человек, если хочет – возможность найдет.

Раньше же как было? Не умел музыкант играть – жаловался: вот, того нет, этого нет, инструментов, материалов, информации… Прошло время – все появилось. А многие до сих пор сидят там же и ноют. Теперь с гитарами, и отмазки другие – сильно дорого, еще чего-нибудь… Обычная история. А мы как начинали – у всех так, наверное, классика жанра – на тазиках стучали, в туалете занимались, чтоб соседям не сильно мешать.

Потом стали междусобойчики устраивать – под гитару у друзей на квартирах. После школы поступил в медучилище. Правда, вместо того, чтобы заканчивать на четвертом курсе летом практику, поехал на север с панками, поиграть, потусоваться. Те времена были клевые, конечно, но сумасбродные. Учебу пропустил, училище не закончил.

Двадцать лет назад
Как познакомился с ребятами? В один прекрасный момент выгуливал во дворе собаку. Подошел один из этих экземпляров, красавец такой, в длинном пальто: «А не хотите ли?» А почему бы и нет? Пришел к ним в Институт Культуры, где они тогда репетировали. Богдан приметил меня, оказывается, на каком-то из концертов. Поиграли – вроде пошло. И вот, с 1992-го до сих пор. Много куда ездили. Почему здесь остался? Люди хорошие – добрые, веселые, надежные, честные. Друзья. Это сейчас редкость. А с ними – 20 лет.

Снова вместе
Перерывы в занятиях музыкой время от времени были, сильно никуда не лез. К первому «Квадрату» Паша собрал нас снова. С этого момента собирались практически каждый день. Вспоминали, как что играется. Старый материал обрабатывали. Находили новые акценты. Стали за эти несколько лет чувствовать себя увереннее. Поездка осенью в Москву на запись – это вообще огромный опыт. Столько увидели, стольких людей послушали! Грамотных, настоящих профи, при этом без пафоса. Студийная работа, рабочая возня – отдельный разговор. Просто завораживает. Времени, жаль, ужасно мало было. Масса уроков и открытий.
Саму работу в музыке люблю. Сцену люблю. Чтоб шумело, гремело. Даже если что-то, как всегда, не работает – тише или громче чем надо… Само это ощущение не передать словами. Так что внутри – аж мурашки. Атмосфера – люди, провода, колонки, инструменты, мат в микрофон или как зафонит – аж перепонки лопаются – здорово! Особое чувство.

Для души
Музыка – главное увлечение, конечно. Позволяет абстрагироваться от всего. Отвлечься от внешнего мира.

Сейчас, с возрастом, стал замечать, что когда играю – это не просто извлечение звука, шума – а как разговариваешь… Как-то по-другому себя слышишь и ощущаешь, сидя за установкой… Все дышит… Организм своеобразный… Меньше «картошки сыплешь» – удивлять никого уже не хочется, хочется – чтоб ничего лишнего. Все в контексте. Все на месте. Каждый звук продуман, осмыслен.

После «металлюжной» закалки здесь пришлось на 360 градусов развернуться. Слушаем другие коллективы, прошлый опыт, прошлая манера отодвинулась на второй план. Хотя я спорю. Постоянно. Но стараюсь быть в теме, а не просто: «Да вы ничего не понимаете…» Отдаю отчет себе, что вот это надо играть вот так, а не так, как привык, как сидит где-то внутри. Вот, чтоб реализоваться, наверное, надо еще «соляк» продумать… Оторваться на концертах по полной.

Довели…
Я лаю на водителей на дороге, ну да… Устал матом ругаться! Эмоции так выплескиваю, когда подрезают, нарушают чего-нибудь «коллеги по дороге». А летом еще окно можно открыть, чтоб «коллега» слышал. Здесь вот на репетициях лаять не дают. Говорят: «Поводок купим».

Другой мир
Уже под сорок… Правда, совсем этого не ощущаю. Если подстричь-побрить – алкоголь продавать перестают: «Эй, мальчик, мальчик!» Не думаю, что музыкой и творчеством может быть поздно заниматься. Сколько угодно примеров. И тех, кто только начинал в тридцать-сорок. Главное – не сидеть. Играть–играть–играть, косячить, писаться… Ловить идеи, возвращаться, не обращать внимания на бытовуху и суету.
Хочется пожить подольше. Повариться подольше в музыке. В этом процессе – начиная с «зашел, чай налил, гаечку подкрутил, сел за установку…» – все нравится. А там – как получится, так получится. Главное – руки не опускать.

Для кого эта музыка? Для нашего поколения. Которое знает, что такое отечественный рок. Для любимых. Наших жен и подруг, тех, кто нас во всем поддерживает, терпит и понимает. И для нас самих тоже. Это в первую очередь.

Вообще я, наверное, счастливый человек. Счастливая семья, у всех все хорошо, есть на кого равняться. Осознаешь, что и ты кому-то помог, участвуешь в общем жизненном процессе. Музыка – отдушина, другой мир. Приходишь сюда и видишь, как люди меняются на глазах. Выключили из того, внешнего мира – и другую лампочку здесь воткнули. Это здорово. Не у каждого это есть в жизни. Повезло!
Сейчас, когда первый альбом записан, такой момент осмысления… Ждем. Как пойдет, что получится. Чтобы потом дальше. Слава богу, время, чтоб нам всем состояться, уверен, еще есть.